Лиззи Борден и убийство в Фолл-Ривер: два тела, одно утро и никакого ответа
Утром в четверг, 4 августа 1892 года, Эбби Борден поднялась на второй этаж, чтобы застелить постель.
Ей было 64 года. Замужем за Эндрю Борденом она была 27 лет. Постель была в гостевой комнате: накануне вечером у них остался ночевать родственник.
Вниз Эбби больше не спустилась.
Примерно через полтора часа домой вернулся её муж Эндрю. Он ходил утром в банк и на почту. Ему было 69 лет. Он прилёг отдохнуть на диван в гостиной.
К 11:10 того же утра оба были мертвы.
Дом стоял на Секонд-стрит, 92, в Фолл-Ривер. Это фабричный город в штате Массачусетс, на северо-востоке США, примерно в 80 км к югу от Бостона. Узкий деревянный дом в 2 этажа стоял вплотную к улице и вплотную к соседям.
Это дело Лиззи Борден. Если коротко: 2 человека были зарублены топором в маленьком доме средь бела дня, когда в доме или рядом с ним были другие люди. Дочь хозяев обвинили и оправдали. Больше никому обвинения не предъявляли. Прошло больше 130 лет, а кто их убил, до сих пор точно не известно.
Кто жил в доме
Эндрю Борден был одним из самых богатых людей Фолл-Ривер. У него была недвижимость, он входил в правления банков и фабрик. Его состояние оценивали примерно в 300 000 долларов, огромные деньги по тем временам.
Он славился и своей бережливостью. На верхнем этаже дома не было водопровода, хотя он легко мог купить роскошный дом на холме, где жили богатые семьи города.
От первого брака у него было 2 дочери. Их мать умерла в 1863 году. Старшей, Эмме, в 1892 году был 41 год. Младшей, Лиззи, было 32. Обе были не замужем. Обе всё ещё жили дома.
Эбби была их мачехой. Эндрю женился на ней в 1865 году, когда Лиззи была маленькой.
В доме жила и прислуга, 25-летняя девушка, приехавшая из Ирландии. Она спала в маленькой комнате на третьем этаже, под крышей.
На суде служанка рассказала, что сёстры почти никогда не ели вместе с отцом и мачехой. Некоторые двери между комнатами в доме всегда были заперты.
Был и спор из-за денег. За несколько лет до этого Эндрю купил дом для сестры Эбби. Дочери обиделись. Чтобы уравнять положение, он отдал и им отдельный дом. С тех пор Лиззи перестала называть Эбби "мамой" и стала говорить "миссис Борден".
За неделю до этого
Конец июля и начало августа 1892 года выдались очень жаркими.
Эмма гостила у друзей в городке примерно в 25 км от дома. Лиззи тоже уезжала на время и вернулась.
В первые дни августа Эндрю, Эбби и служанка тяжело заболели, их сильно рвало. Лиззи потом говорила, что ей тоже было плохо. Эбби испугалась. Она перешла через улицу к семейному врачу и сказала, что их, похоже, отравили. Врач решил, что дело в испорченной еде, скорее всего в мясе, которое слишком долго простояло на жаре.
По словам местного аптекаря, за день до убийства в его аптеку пришла женщина, которую он опознал как Лиззи. Она хотела купить синильную кислоту, смертельный яд. Она сказала, что ей нужно почистить меховую накидку. Без рецепта он продавать отказался. Лиззи отрицала, что это была она.
В тот же день в гости приехал дядя Эммы и Лиззи, брат их покойной матери. Он ночевал в гостевой комнате.
Четверг, 4 августа
Этот день можно восстановить почти поминутно по показаниям, данным позже в суде.
Семья рано позавтракала. Дядя вышел из дома около 8:45, чтобы навестить родственников на другом конце города. Он сказал, что вернётся к обеду.
Чуть позже 9:00 в город ушёл Эндрю.
Эбби поднялась застелить постель в гостевой комнате. Служанку отправили на улицу мыть окна.
Лиззи в какой-то момент того утра спустилась на кухню. Позже она говорила, что ничего не ела.
Около 10:30 Эндрю вернулся домой. Парадная дверь была заперта изнутри на 3 замка. Служанка пошла открывать. Замок не поддавался, и она тихо выругалась.
И тут она услышала смех с верхней площадки лестницы. По её словам, это была Лиззи, которая стояла на втором этаже.
Эта деталь стала одной из самых важных во всём деле. С площадки было видно гостевую комнату. Тело Эбби лежало на полу этой комнаты. Если Эбби в тот момент уже была мертва, позже утверждало обвинение, то Лиззи стояла в нескольких метрах от неё.
Лиззи спустилась вниз. Она сказала отцу, что Эбби ушла. По её словам, пришла записка с просьбой навестить больную знакомую.
Эндрю сел на диван в гостиной. Служанка домыла окна в столовой. Около 10:55, всё ещё слабая после болезни, она поднялась к себе на третий этаж прилечь.
Около 11:10 она услышала, как Лиззи зовёт её снизу, с чёрной лестницы:
"Скорее спускайся! Отец умер! Кто-то вошёл и убил его!"
Что нашла полиция
Эндрю Борден лежал на диване одетым, ноги стояли на полу. Ему нанесли около 10 или 11 ударов по голове и лицу тяжёлым острым лезвием. Один глаз был рассечён пополам. Кровь была ещё свежей. Похоже, он спал, когда его ударили в первый раз.
Лиззи послала служанку за врачом, жившим напротив. Пришла соседка. Кто-то спросил, где Эбби.
Лиззи ответила, что ей показалось, будто Эбби вернулась.
Служанка и соседка пошли наверх. На середине лестницы, на уровне пола гостевой комнаты, соседка увидела Эбби. Та лежала лицом вниз между кроватью и комодом.
Эбби нанесли 18 или 19 ударов по затылку. Первый удар, судя по всему, пришёлся, когда она стояла лицом к убийце.
Врачи сразу заметили одну вещь. Кровь Эндрю ещё текла. Кровь Эбби потемнела и свернулась. Её тело было холоднее.
Эбби убили первой. Как минимум на час раньше мужа, а возможно, и больше.
Здесь и находится сердце загадки. Час или больше убийца либо оставался в доме, либо входил и выходил дважды, пока там были Лиззи, служанка, а потом и Эндрю.
Где была Лиззи?
Первые полицейские начали задавать вопросы через несколько минут.
Лиззи сказала им, что, пока отец лежал на диване, она вышла в сарай за домом. По её словам, она поднялась на чердак сарая поискать кусочки металла для грузил к рыболовным снастям. Она сказала, что пробыла там минут 20, может быть, полчаса. А когда вернулась в дом, нашла отца мёртвым.
В тот же день полицейский поднялся на чердак сарая. Позже он показал, что пол был покрыт толстым слоем нетронутой пыли. Следов он не увидел. Для проверки он прижал к пыли собственную ладонь, и отпечаток остался чётким. По его мнению, в то утро туда никто не поднимался.
Позже защита привела свидетелей, которые сказали, что несколько соседских мальчишек залезали на чердак вскоре после убийства, ещё до прихода полицейского. Это поставило его слова под сомнение.
Рассказы самой Лиззи менялись. Разным людям в тот день она говорила, что слышала стон, что ничего не слышала, что была в сарае, что была во дворе, что ела груши под деревом.
Несколько человек, видевших её в первый час, обратили внимание ещё на одно. Она была спокойна. Она не плакала. И крови на ней они не видели: ни в волосах, ни на лице, ни на руках, ни на платье.
Тот, кто убил 2 человек таким количеством ударов, почти наверняка должен был испачкаться в крови.
Обыск в доме
В подвале полиция нашла 4 инструмента с лезвиями: 2 топора, молоток-топорик с гвоздодёром и головку маленького топорика с отломанной деревянной ручкой.
Больше всего полицию заинтересовала именно эта головка. Слом дерева выглядел свежим. Лезвие было покрыто слоем золы, будто её втёрли нарочно, и пыль на нём отличалась от пыли на остальных инструментах.
При вскрытии желудки обеих жертв извлекли и отправили профессору химии Гарвардского университета, чтобы проверить на яд. Яда он не нашёл. Он проверил и топоры. Крови на них не было.
Записку, которая, по словам Лиззи, вызвала Эбби из дома, так и не нашли. Никто не признался, что написал её. Больную знакомую так и не установили, хотя газеты просили автора записки отозваться.
В подвале полиция нашла и ведро с пропитанными кровью тряпками. Лиззи сказала, что это из-за её месячных. Полиция ведро не исследовала.
Врач, живший неподалёку, рассказал, что в то утро, проходя по улице, видел возле дома странного человека. Газеты подняли вокруг этого большой шум. Этого человека так и не нашли.
Дядю, ночевавшего в гостевой комнате, допросили очень подробно. Он описал своё утро обстоятельно и точно. Толпа на улице кричала ему вслед. Но его алиби подтвердилось. Во время убийства он был на другом конце города у родственников.
Допросили и служанку. Мотива у неё не было, крови на ней не было, а большую часть её утра объясняла работа на улице.
Сожжённое платье
В воскресенье утром, через 3 дня после убийства, в доме ночевала близкая подруга Лиззи.
Подруга вошла на кухню. Она увидела Лиззи у плиты с голубым платьем в руках. Лиззи сказала, что сожжёт его, потому что оно старое и испачкано краской. Она разорвала его и бросила в огонь.
Подруга сказала ей: "На твоём месте я бы никому не дала увидеть, как ты это делаешь, Лиззи".
На следующий день подруга рассказала об этом полиции.
Было ли это платье, в котором Лиззи была утром в день убийства? Это так и не доказали. Платье, которое Лиззи отдала полиции как то самое, было без крови. Некоторые люди, видевшие её тем утром, говорили, что на ней было голубое платье. Другие описывали его иначе.
Закрытое дознание и арест
Через несколько дней прошло закрытое дознание. Лиззи допрашивали 3 дня без её адвоката. Врач давал ей успокоительное, чтобы она могла спать.
Ответы её были путаными. Она по-разному описывала, где была, когда отец вернулся домой: читала на кухне, гладила в столовой, спускалась по лестнице.
11 августа 1892 года, через неделю после убийства, Лиззи Борден арестовали и обвинили в убийстве отца. Её заключили в тюрьму.
Через несколько недель на следующем слушании судья сказал, что считает её "вероятно, виновной". 2 декабря 1892 года большое жюри предъявило ей обвинение в обоих убийствах.
С первого дня дело раскололо страну. Многие просто не могли поверить, что почтенная женщина из хорошей семьи, прихожанка церкви, способна на такое.
Суд
Суд начался 5 июня 1893 года в Нью-Бедфорде, портовом городе примерно в 25 км к востоку от Фолл-Ривер. Он длился около 2 недель. Репортёры съехались со всех Соединённых Штатов.
В её защиту входил бывший губернатор Массачусетса.
Ещё до начала процесса защита выиграла 2 важные битвы. Судьи постановили, что показания Лиззи на закрытом дознании использовать нельзя: её не предупредили как следует и не дали адвоката. И они запретили выслушать рассказ аптекаря о яде, потому что он слишком далёк от того, как на самом деле погибли жертвы.
Обвинение строилось на 3 пунктах. Первый: у Лиззи была причина желать им смерти - наследство и ненависть к мачехе. Второй: у неё была возможность, ведь она находилась в доме. Третий: после убийства она сожгла платье.
Но у обвинения не было свидетеля убийства. На Лиззи не было крови. Не было доказательства, что сломанный топорик и есть орудие убийства. Даже полицейские не могли договориться. Один говорил, что отломанная ручка лежала рядом с головкой. Другой говорил, что нет.
В зал суда принесли черепа Эндрю и Эбби, чтобы показать, как раны совпадают с лезвием. Когда их показали, Лиззи упала в обморок.
Служанка давала показания часами. Её рассказ о смехе на лестнице не изменился.
Потом свидетелем защиты выступил разносчик, продававший мороженое с тележки. Он сказал, что примерно во время убийства Эндрю проезжал мимо дома и видел женщину, которая шла от сарая к дому. Это подтверждало рассказ Лиззи о сарае.
За несколько дней до начала суда Фолл-Ривер потрясло другое убийство. Молодую женщину зарубили топором на ферме в черте города. Газеты сразу сравнили это с делом Борденов. Позже за это убийство осудили батрака. Было доказано, что в августе 1892 года его в тех местах не было, так что Борденов он убить не мог.
Приговор
В конце процесса судья дал присяжным напутствие. Он долго говорил о слабости косвенных улик. Он напомнил им, что спокойное поведение не доказывает вину. Многим наблюдателям показалось, что его слова открыто склонялись в пользу защиты.
12 присяжных, все мужчины, удалились на совещание 20 июня 1893 года. Газеты того времени писали, что они согласились при первом же голосовании, примерно за 40 минут. Более поздние источники говорят о полутора часах.
Не виновна.
Лиззи Борден вышла из суда свободной женщиной. Закон признал её невиновной, и ничего другого закон никогда не говорил.
Где дело сейчас
Больше никого в убийстве Эндрю и Эбби Борден не обвиняли. Дело не открывали заново.
**Здесь заканчиваются документы: 2 убийства, 1 человек, которого судили и оправдали, и никаких доказательств против кого-либо ещё.**
Многое из того, что могло бы дать ответ, так и не нашли или не исследовали. Настоящее орудие убийства не доказано. Тряпки из ведра не проверили. Сожжённое платье полиция так и не увидела. Записку для Эбби не нашли, как и её автора. Современных методов, таких как анализ следов крови или ДНК, в 1892 году не существовало.
После суда Лиззи и Эмма унаследовали состояние отца. Они купили большой дом на холме, в той части Фолл-Ривер, где жили богатые семьи. Лиззи стала называть себя Лизбет.
Город так её и не принял. Многие переходили на другую сторону улицы, увидев её. В 1905 году после ссоры Эмма уехала, и больше сёстры не виделись.
Лиззи Борден умерла 1 июня 1927 года в возрасте 66 лет. Эмма умерла через 9 дней. Обеих похоронили на семейном участке рядом с отцом и мачехой.
Дом на Секонд-стрит, 92, стоит до сих пор. Сегодня в нём музей и гостиница.
Версии
Все, кто когда-либо упоминался в этом деле, умерли много десятилетий назад. Ниже - версии писателей и исследователей, а не выводы суда.
**Это сделала Лиззи, как утверждало обвинение.** За: она всё время была в доме, её рассказы менялись, и она сожгла платье. Проблема: крови на ней так и не нашли, а присяжные её оправдали.
**Лиззи сделала это в состоянии психического помрачения, сама того не осознавая.** Эту версию в книге 1967 года выдвинула писательница, выросшая в Фолл-Ривер. Проблема: никаких медицинских записей, подтверждающих это, нет.
**Служанка была замешана или помогла скрыть улики.** Это предполагал автор детективов в 1980-х и 1990-х годах. Проблема: мотива у неё не было, а история о её позднем признании так и не подтвердилась.
**Кто-то чужой вошёл и спрятался в доме.** Проблема: ему пришлось бы ждать не меньше часа между двумя убийствами в маленьком доме так, чтобы никто его не увидел и не услышал.
Дому теперь на 130 лет больше. А вопрос остался тем же, что стоял перед присяжными: если не Лиззи Борден, то кто?