Прекрасная продавщица сигар: кто убил Мэри Роджерс в 1841 году?
В воскресенье утром, 25 июля 1841 года, около 10 часов, молодая женщина постучала в дверь комнаты одного из жильцов в доме своей матери в Нью-Йорке.
Её звали Мэри Роджерс. Ей было около 21 года. Жильцом был Дэниел Пейн, резчик пробок, который снимал комнату в этом доме. Он же был её женихом.
Она сказала ему, что идёт на весь день к тёте и двоюродным братьям и сёстрам, на другой конец города.
По более поздним рассказам, он ответил, что вечером зайдёт за ней и проводит домой.
Она вышла на улицу. Было жаркое летнее воскресенье.
Больше никто из знавших её людей не видел её живой.
Вечером над городом разразилась сильная гроза. Пейн за ней не пошёл. Мать Мэри потом рассказывала, что даже обрадовалась: дочь не окажется под таким ливнем.
В понедельник погода прояснилась. Мэри домой не вернулась.
Вечером Пейн пошёл к тёте. Тётя сказала, что Мэри к ней вообще не приходила. В воскресенье её там не было.
Кем она была
Чтобы понять, почему это дело потрясло целую страну, нужно знать, кем была Мэри Роджерс.
Она родилась около 1820 года в маленьком городке в штате Коннектикут, на северо-востоке США. Запись о рождении не сохранилась, поэтому точный год неизвестен. Отец умер, когда она была маленькой. Мать переехала с ней в Нью-Йорк и открыла пансион: дом, где снимают комнату и едят за общим столом. Он стоял на Нассау-стрит, 126, в самом центре Манхэттена, старой части города.
Подростком Мэри начала работать за прилавком табачной лавки на Бродвее, главной улице города. Хозяин платил ей хорошо, и у него была причина. Она была очень красива, и мужчины заходили в лавку только чтобы на неё посмотреть. Здесь покупали сигары писатели, журналисты и политики.
Газеты дали ей прозвище: "Прекрасная продавщица сигар". Один из покупателей даже напечатал о ней стихи в газете.
Так что, когда она исчезла, город уже знал её в лицо.
Первое исчезновение
Есть ещё одна деталь, и она важна для всего, что было дальше. Это был не первый раз, когда Мэри Роджерс пропала.
Источники расходятся в том, когда это случилось. Большинство пишет, что в октябре 1838 года. Тогда нью-йоркская газета сообщила, что продавщица сигар исчезла из дома, а мать нашла записку, похожую на прощание перед самоубийством. На следующий день другая газета написала, что тревога была ложной: девушка просто гостила у подруги в Бруклине, за рекой.
В рассказе, который написал в 1910 году историк полиции, похожее исчезновение отнесено к началу 1841 года. По этой версии, её не было 6 дней, и она вернулась, не объяснив, где была.
Так или иначе, история оставила след. Одни газеты намекали, что хозяин лавки устроил всё это ради рекламы. Другие намекали, что замешан мужчина. Ничего доказано не было.
После этого Мэри ушла из лавки и вернулась помогать матери вести пансион. Через несколько месяцев объявили о её помолвке с Дэниелом Пейном.
Тело в реке
Теперь вернёмся в июль 1841 года.
2 дня Пейн искал её. Он обошёл город из конца в конец. Через 2 дня он дал объявление в газету с просьбой сообщить что-нибудь о пропавшей девушке.
В среду, 28 июля 1841 года, мужчины в маленькой лодке на реке Гудзон увидели в воде что-то плавающее. Гудзон - широкая река, которая отделяет Нью-Йорк от штата Нью-Джерси.
Они были напротив Хобокена, городка на стороне Нью-Джерси, недалеко на пароме от Манхэттена. В 1841 году жители Нью-Йорка ездили в Хобокен по воскресеньям отдохнуть от города: там были лужайки у реки, трактиры и пещера с родником пресной воды, которая была известной достопримечательностью.
Предмет в воде был примерно в 180 метрах от берега, недалеко от этой пещеры. Мужчины подгребли к нему. Это было тело молодой женщины.
Источники расходятся в том, сколько было мужчин и кто они: 2 отдыхающих, 3 человека в гребной лодке или рыбаки, ставившие сети. В месте и дате согласны все.
Они отбуксировали тело к берегу и положили его на откосе. Оно пролежало там на летней жаре около часа, пока не приехал коронер, то есть чиновник, который расследует подозрительные смерти. Собралась толпа.
Бывший жилец пансиона, который когда-то ухаживал за Мэри, приехал из Нью-Йорка, услышав о находке. Он посмотрел на одежду и на тело и сказал, что это она. Его тоже допросили и отпустили. Ничто не связывало его со смертью.
Что нашёл коронер
Коронер Хобокена был врачом. Он осмотрел тело на месте, а потом более тщательно.
Вот что говорят его отчёт и газетные пересказы.
На обеих сторонах шеи были тёмные синяки в форме пальцев.
Вокруг шеи была очень туго завязана полоса ткани, так туго, что она врезалась в тело. Источники расходятся в том, что это было: один говорит о полоске кружева, другой о полосе, оторванной от нижней юбки. По одному из рассказов, коронер отметил, что узел был морским.
На запястьях были следы, как будто их связывали.
Платье было разорвано. Коронер заключил, что перед смертью её изнасиловали.
Лёгкие перчатки всё ещё были у неё на руках. Шляпка висела на шее на лентах.
Его вывод: убийство путём удушения.
Рассказ 1910 года добавляет, что вокруг талии была привязана верёвка, а на другом её конце тяжёлый камень, как будто кто-то пытался утопить тело. Ранние источники об этом не упоминают, поэтому это не точно.
Осмотром довольны были не все. Репортёр маленькой газеты в штате Нью-Йорк писал о "небрежности" коронера Хобокена. Тело лежало на жаре, толпа теснилась вокруг, и улики, которые могли там быть, пропали в первые же часы.
Город без сыщиков
Здесь читателю нужно знать одну вещь о Нью-Йорке 1841 года: настоящей полиции у него не было.
В городе жило около 320 000 человек. Порядок охраняли ночная стража из людей, работавших неполный день, 100 городских маршалов, 31 констебль и 51 полицейский. Сыскного отдела не было. Раскрывать убийства не было обязанностью ни у кого.
Кроме того, тело нашли в другом штате. Хобокен находился в Нью-Джерси, а не в Нью-Йорке.
Газеты быстро ополчились на власти. Каждый день они печатали новые слухи и новые обвинения в бездействии.
Примерно через неделю после находки власти выпустили официальное обращение. Они предложили награду за сведения и обещание: соучастник, который поможет осудить убийцу, не будет преследоваться, если только он сам не убийца. Губернатор штата Нью-Йорк объявил награду в 750 долларов.
Первый подозреваемый
Первым, к кому присмотрелось следствие, был жених.
Дэниел Пейн был последним известным человеком, который её видел. Пошли слухи, что пара ссорилась и что она грозила разорвать помолвку.
Его допросили. Он рассказал, где был в воскресенье и понедельник, и люди это подтвердили. Его отпустили. Ему никогда не предъявляли никаких обвинений.
Письмо о банде
Потом пришло письмо.
На следующий день после объявления награды коронер получил анонимное письмо. Автор писал, что он молодой человек из Хобокена.
Он писал, что в то воскресенье видел девушку, похожую по описанию на Мэри, в парке у реки в Хобокене, с 6 грубыми на вид мужчинами, приплывшими на лодке. Он описал и вторую лодку, в которой было 3 хорошо одетых человека. Один из них, по его словам, спросил, применяли ли мужчины к женщине силу. Потом эта лодка ушла обратно в Нью-Йорк.
Письмо напечатали газеты. Автора так и не установили.
Вскоре пришли 2 человека, которые были в тот день на берегу. Они сказали, что видели женщину, похожую на Мэри, с компанией грубых мужчин. Но утверждать наверняка, что это была она, они не могли.
Эта версия стала самой популярной в городе: что на Мэри Роджерс напала одна из уличных банд, которые бродили по воскресеньям у реки. Страх перед бандами и перед новыми иммигрантами, которых в них винили, неделями заполнял газеты.
Женщина в трактире
Через несколько недель после убийства объявился кучер дилижанса. Он сказал, что в то воскресенье видел, как девушка, похожая на Мэри, сошла возле Хобокена с высоким, смуглым, хорошо одетым мужчиной. По его словам, они пошли в придорожный трактир рядом с пещерой.
Трактир держала вдова. Когда к ней пришли следователи, она сказала, что помнит эту пару. Мужчина, подходивший под описание, пришёл с девушкой. Они что-то выпили и пошли к лесу за трактиром.
Вскоре после этого, по её словам, она услышала из леса женский крик. Тогда она не придала этому значения. Крики и шум из леса были там по воскресеньям обычным делом.
Следователи приняли её рассказ. Некоторые авторы позже отмечали, что в первые недели после убийства, когда газеты были полны этим делом, она ничего такого не говорила.
Заросли
Потом была сделана самая важная находка во всём деле.
Недалеко от трактира были густые заросли кустарника. Там играли мальчики. Это были сыновья вдовы, которая держала трактир.
Источники расходятся в дате: начало сентября 1841 года или 25 сентября 1841 года, примерно через 2 месяца после убийства.
В зарослях мальчики нашли женские вещи: белую нижнюю юбку, шёлковый шарф, зонтик от солнца и льняной носовой платок с вышитыми буквами "M. R.", инициалами её имени по-английски.
Вещи опознали как одежду, в которой Мэри вышла из дома.
Земля в зарослях была разрыта. Кусты были сломаны и вытоптаны, словно там шла борьба. Широкий след вёл из зарослей к реке, как будто тащили что-то тяжёлое.
Это место стали называть "заросли убийства".
Но с находкой была проблема. Вещи пролежали под открытым небом 2 месяца, в жару и грозы, в месте, полном воскресных гуляющих. Одни наблюдатели спрашивали, почему никто не заметил их раньше. Другие спрашивали, не подложил ли их кто-то позже.
Вдова также сказала, что нашла у себя во дворе 2 перчатки Мэри. Полиция сразу это отвергла: перчатки Мэри были у неё на руках, когда тело достали из реки.
Жених на скамейке
Дэниел Пейн так и не оправился от её смерти.
7 октября 1841 года, примерно через 10 недель после её исчезновения, он переправился в Хобокен. Он побывал в зарослях. Он ходил из трактира в трактир и пил. Он купил пузырёк лауданума, лекарства на основе опиума, которое тогда свободно продавалось.
Его нашли умирающим на скамейке у пещеры, в нескольких сотнях метров от того места, где её тело вынесли на берег. Там он и умер.
В кармане у него была записка. Она начиналась словами: "Миру - вот я, на том самом месте". Дальше он просил Бога простить ему "бездарно потраченное время".
Официальное расследование смерти Мэри ещё не было закончено.
Записку читали двумя противоположными способами. Одни видели в ней признание. Другие видели только человека, сломленного горем, который пришёл умереть там, где умерла любимая женщина. Записка не говорит, что из этого правда. Ему никогда не предъявляли обвинений, его никогда не судили, и для закона и для нашего журнала он невиновен.
Рассказ о Париже
В 1842 году дело дошло до писателя, который жил тогда в Филадельфии, примерно в 130 километрах от Нью-Йорка.
Эдгар Аллан По помнил продавщицу сигар по газетам. Он написал рассказ "Тайна Мари Роже". Он перенёс всё действие в Париж, поменял имена и сохранил почти все остальные подробности настоящего дела. Его вымышленный сыщик Дюпен сидит в комнате, читает газетные отчёты и разбирает версии одну за другой.
Рассказ вышел в 3 частях, в 1842 и 1843 годах. В предисловии По утверждал, что его рассказ - тщательный разбор настоящего убийства в Нью-Йорке.
Но сыщик так и не называет убийцу. А настоящая полиция не обратила на рассказ никакого внимания.
Признание на смертном одре
Потом, осенью 1842 года, появилось новое объяснение.
Вдова, которая держала трактир, была случайно ранена выстрелом одного из своих сыновей. Один источник называет дату 6 ноября 1842 года. Она умерла примерно через 10 дней.
Перед смертью, в горячечном бреду, она сказала нечто новое. По сообщениям, она сказала, что Мэри Роджерс пришла в её трактир в то воскресенье с молодым врачом, чтобы сделать аборт. Тогда аборт был опасен и делался тайно. По её словам, Мэри умерла во время операции. Её сыновья, сказала она, потом отнесли тело к реке, бросили его в воду и разбросали одежду в зарослях.
Одна нью-йоркская газета напечатала это с пометкой, что тайна "наконец объяснена".
2 старших сына были арестованы, им предъявили обвинение в том, что они помогли спрятать тело. Обвинения вскоре сняли. Не было улик, не было других свидетелей, а единственным источником были слова умирающей женщины в бреду.
Полиция ей не поверила. Молодого врача так и не установили.
Здесь кончается то, что известно
**На этом документальный след обрывается. Никто никогда не был осуждён, и никто не знает, кто убил Мэри Роджерс, и даже точно не знает, как она умерла.**
Дело так и не раскрыли. Несколько обстоятельств делают его нераскрываемым сегодня.
Тело осматривали наспех и под открытым небом, на жаре, перед толпой.
Преступление пересекло границу между штатами, и ни одно ведомство не отвечало за него целиком.
Одежду в зарослях нашли с опозданием на 2 месяца, и нашли её сыновья женщины, которая потом сделает признание.
И каждый свидетель, который объявился, сделал это после того, как прочитал газеты, а газеты уже сказали всему городу, что искать.
Что изменило это дело
Убийство Мэри Роджерс не нашло своего убийцу. Но оно изменило город.
В 1845 году штат Нью-Йорк принял закон, по которому женщина, добивавшаяся аборта, совершала преступление. Мэри Роджерс называли одной из причин этого закона. В том же году город принял закон о реформе полиции и создал современную полицию с постоянной службой вместо старой ночной стражи.
По тоже вернулся к своему рассказу. В более поздней версии он добавил небольшие намёки на версию об аборте.
Подозреваемые и версии
Все причастные люди давно умерли. Вот версии в том виде, в каком они есть в документах.
**Банда.** Анонимное письмо и 2 человека с берега описывали женщину с компанией грубых мужчин. В 1841 году в эту версию верило большинство газет. Проблема: автора письма так и не нашли, а 2 свидетеля не могли сказать, что это была она.
**Жених.** Он последним видел её, ходили слухи о ссоре, и его последняя записка говорила "вот я, на том самом месте". Проблема: его рассказ о том, где он был, подтвердился, а записку так же легко прочитать как горе, как и как вину. Ему никогда не предъявляли обвинений.
**Неудачный аборт.** Уже в августе 1841 года это предположил редактор одной газеты. Хозяйка трактира сказала это на смертном одре, а По позже на это намекнул. Проблема: коронер нашёл на её шее синяки от пальцев и туго завязанную ткань. Это не похоже на смерть на операционном столе, если только тело потом не сделали похожим на жертву убийства. А признание исходило от женщины в бреду.
**Неизвестный мужчина.** И кучер, и хозяйка трактира описывали высокого, смуглого, хорошо одетого мужчину. Проблема: его так и не установили, а их показания появились через недели после убийства.
**Хозяин лавки.** Он умер в Париже в 1881 году и говорил, что его преследует призрак Мэри. В 1887 году, в суде за его наследство, адвокат заявил, что он заплатил По 5000 долларов, чтобы тот написал рассказ и отвёл от него подозрения. Проблема: никаких доказательств этому так и не представили. Это сказал адвокат в споре о наследстве, через 46 лет после убийства.
Через 185 лет Прекрасная продавщица сигар остаётся там, где её оставил По: в рассказе, где есть сыщик, но нет убийцы.