Галифаксский резчик: нападавший, которого видел целый город и которого никогда не было
Тёмным ноябрьским вечером 1938 года 2 молодые женщины шли с работы домой по дороге за городом Галифакс.
Галифакс был городом шерсти и текстиля на севере Англии, примерно в 280 км к северу от Лондона. Улицы там крутые и мощёные, а многие переулки ведут в тёмные задние дворы.
Обеим женщинам был 21 год. Потом они рассказали полиции, что из темноты на них выскочил мужчина и ударил их деревянным молотком. Одну деталь они запомнили хорошо: на башмаках у мужчины были блестящие пряжки.
Это было 16 ноября. Через 2 недели Галифакс жил как в осаде.
Это история нападавшего, о котором сообщали десятки людей, за которым охотились сотни, и о котором Скотленд-Ярд в итоге решил, что его вообще не существовало. Если коротко: целый город поверил, что по улицам ходит человек с лезвием и нападает на людей, а следователи выяснили, что большинство нападений, а возможно и все, были выдуманы или нанесены самими "жертвами".
Первые порезы
Поздним вечером 21 ноября, вскоре после 10 часов, со смены на кондитерской фабрике шла домой ещё одна девушка 21 года.
Она сказала, что на улице на неё напал мужчина и порезал её. На запястье у неё была рана, на которую наложили 4 шва, и она 2 недели не выходила на работу.
Местная газета написала об этом. Полиция отнеслась к случаю как к настоящему нападению. Многие в городе сразу связали его с нападением на 2 девушек несколькими днями раньше.
24 ноября, без четверти 7 вечера, церковный сторож заявил, что его ударили по голове и руке на улице недалеко от места второго нападения. На этот раз было описание: рыжий сутулый мужчина лет 30, ростом около 1,75 м, в светло-коричневом плаще.
Полиция задержала мужчину в течение получаса. В тот же вечер его отпустили.
В соседней художественной школе больше 200 девушек заперли в классах, пока снаружи обыскивали улицы. Полиция назначила награду в 10 фунтов за поимку нападавшего.
У газет уже было для него имя: Галифаксский резчик.
Город во власти страха
25 ноября поступили ещё 2 заявления.
38-летний управляющий кооперативным магазином в маленьком городке рядом с Галифаксом заявил, что на дороге на него напал мужчина и порезал ему руку. Он сказал, что отбивался и оторвал хлястик с рукава пальто нападавшего. Рядом с местом нашли лезвие бритвы. На следующий день на футбольном поле нашли пальто без хлястика на рукаве.
Для города это выглядело как доказательство.
В тот же день женщина заявила, что на неё напали, когда она вышла купить уксус. У неё были порезы на лице и руках.
27 ноября, в половине 8 вечера, 18-летняя девушка рассказала, что проходила мимо тёмного двора, как вдруг из тени высунулась рука и она почувствовала удар. Рука у неё была порезана. Она побежала в пожарную часть, и дюжина пожарных вышла прочёсывать улицы.
28 ноября за один день поступили ещё 3 заявления. Молодая ткачиха сказала, что её сбили с ног возле дома. Женщина 35 лет рассказала, что на неё напали сзади на лестнице и что она 2 или 3 минуты боролась с мужчиной. А девушка с кондитерской фабрики сказала, что на неё напали второй раз, теперь во дворе её собственного дома. Полиция подняла награду до 25 фунтов.
Толпы
К этому времени страх превратился в нечто худшее.
Мужчины собирались в патрули и ходили ночами по улицам с палками. Женщины перестали выходить после темноты. Магазины закрывались рано. Торговля в центре города почти остановилась.
Любой, кто подходил под описание, был в опасности. Любого мужчину в плаще могли погнать по улице.
Вечером 27 ноября на 15-летнего подростка набросились 5 или 6 человек с кочергами. Одного из них потом оштрафовал суд.
Местного жителя, который бросился помогать одной из пострадавших, самого обвинили в том, что он и есть резчик. Вокруг него собралась толпа и начала требовать его смерти. Полиции пришлось проводить его до дома.
В другой раз толпа примерно из 200 человек прижала какого-то мужчину к стене.
Паника не осталась в Галифаксе. Сообщения о резчиках стали приходить из других городов севера Англии, а потом и из более далёких мест.
Приезжает Скотленд-Ярд
Начальник полиции Галифакса попросил помощи у Скотленд-Ярда в Лондоне. Сыщики приехали в конце ноября.
Они сделали простую вещь. Они заново прошли по каждому заявлению, одно за другим, и ещё раз, внимательно, допросили каждую жертву.
Ещё до их приезда местная полиция начала сомневаться. Свидетелей не было никогда. Нападавшего не видел никто, кроме самой жертвы. Раны почти всегда были маленькими порезами на кистях, руках или лице, там, куда человек может дотянуться сам. 28 ноября начальник полиции публично заявил, что некоторые случаи были "созданы без всякой необходимости".
29 ноября управляющий магазином, тот самый, что оторвал хлястик с пальто нападавшего, признался.
Никакого нападавшего не было. Он порезал руку сам. Пальто на футбольном поле было его собственным. Хлястик он оторвал от него сам.
Признания
После этого дело развалилось быстро.
Женщина, которая выходила за уксусом, призналась, что поцарапала себя осколком разбитой бутылки из-под уксуса. Она сказала полиции, что не знает, что на неё нашло.
18-летняя девушка из тёмного двора призналась, что купила лезвие бритвы и порезала себя сама. По местным рассказам, она хотела внимания своего парня.
Другие признались, что выдумали свои истории или превратили обычную случайность в нападение. Врачи установили, что травмы ткачихи были получены при падении.
В итоге 5 местных жителей обвинили в "общественном хулиганстве", то есть в том, что они отнимали время у полиции ложными заявлениями. 4 из них отправились в тюрьму. С управляющего магазином взяли обязательство соблюдать порядок.
2 декабря местная газета сообщила читателям, что никакой реальной опасности для публики никогда не было.
Вывод Скотленд-Ярда был таким: Галифаксского резчика не было.
**На этом документы заканчиваются: расследованные нападения оказались ложными, нападавшего так и не нашли. Были ли ложными и самые первые заявления, так никто ясно и не решил.**
В опубликованных источниках по этому вопросу нет согласия. Одни пишут, что Скотленд-Ярд признал ложными все нападения до единого. По меньшей мере один местный историк отмечает, что первая рана, 4 шва по дороге с кондитерской фабрики, была получена на освещённой людной улице и в то время считалась настоящей. Сомнения у полиции вызвало второе заявление той же девушки, из собственного двора, где рядом были мать и соседи и никого не видели. А в источниках, которые мы смогли проверить, нигде не записано, что первые 2 девушки, с молотком и блестящими пряжками, когда-либо признались.
Выводы и открытые вопросы
Галифаксский резчик сегодня один из самых известных примеров того, что социологи называют массовой истерией или моральной паникой: страх, который распространяется в обществе быстрее фактов, пока люди не начинают видеть и даже создавать то, чего боятся.
Вопрос не в том, были ли большинство нападений ложными. Признания это решили. Вопрос в том, как всё началось и почему в это втянулось столько людей.
**Это была массовая истерия с самого начала.** Доводы: Скотленд-Ярд не нашёл нападавшего, многие жертвы признались, а раны были такими, какие человек может нанести себе сам. У Галифакса к тому же было воспоминание, за которое мог зацепиться страх. В 1927 году местного мужчину осудили за то, что он резал одежду на 6 женщинах. А похожие паники с "призрачным резчиком" записаны и в других местах, например на Тайване в 1956 году, где социологи изучали волну заявлений о порезах, за которой тоже не оказалось никакого нападавшего. Проблема: это не объясняет самые первые заявления, от которых, по имеющимся у нас записям, никто не отказывался.
**Начал настоящий нападавший, а остальное сделал город.** Доводы: первые нападения случились ещё до того, как возникла паника, и одно из них, по меньшей мере по одному источнику, выглядело настоящим. Проблема: нападавшего так и не нашли, и ничто в документах не связывает первые заявления с каким-либо реальным человеком.
**У каждого ложного заявления была своя личная причина.** Доводы: признания называют причины маленькие и человеческие: привлечь внимание, чтобы отнеслись всерьёз, или причины, которые человек не мог объяснить даже себе. Проблема: личная причина объясняет одного человека. Она не объясняет, почему поверил целый город, откуда взялись толпы и почему в других городах появились свои резчики.
Стоит помнить и о времени. Паника пришлась на ноябрь 1938 года, всего через несколько недель после того, как Европа оказалась на грани войны из-за Чехословакии. Людям в Англии тогда выдавали противогазы. Возможно, это сделало напуганный город более готовым поверить в скрытого врага. Это предположение, доказать его нельзя.
Открытым остаётся немногое, но настоящее. Кто, если вообще кто-то, напал на первых 2 девушек на тёмной дороге 16 ноября 1938 года? И как город обычных, здравомыслящих людей начинает видеть человека, которого нет, а потом толпами выходит его искать?